Гряди вон! Воскресение Лазаря в греческой литературе на примере экзегезы Ин. 11:43

Опубликовано: 22.04.2022

Статья профессора Московской духовной академии игумена Дионисия (Шленова), посвященная теме воскресения Лазаря.

Христос, сковавший смерти тиранию, закричал: Лазарь, гряди вон, и четверодневный из гроба восстал.

Андрей Критский, свт. Канон на Вербное воскресенье

Лазарь, изыди вон, дабы узнали люди, что значит воскресение мертвых.

Дамаскин Студит, иером. (XVI в.). Сокровищница. 5:654

Призыв Спасителя «Лазарю, гряди вон» оказывается одним из важных лейтмотивов в святоотеческой литературе, извлекающей из этого призыва максимальные духовные уроки. В Евангелии от Иоанна в 43-м стихе 11-й главы мы читаем: «Сказав это, Он воззвал громким голосом: Лазарь! иди вон». И далее повествуется о чудесном исхождении из гроба Лазаря, спеленутого пеленами и освобождающегося от них. 43-й стих становится своеобразной духовной формулой преодоления смерти, а 44-й — плена смерти и, в более широком духовном смысле, освобождения от греховного плена и достижения свободы. Святитель Василий Великий пишет: «Лазарь, изыди вон. И мертвый стал оживать; и связанный стал ходить. Чудо в чуде: быть связанным пеленами по ногам и беспрепятственно передвигаться»[1].

Чудо воскрешения Лазаря значительно выделяется среди прочих чудес Спасителя, ибо здесь происходит не исцеление, а воскрешение, не уврачевание, а дарование жизни вопреки законам земного бытия [2]. Согласно описанию Варфоломея Эдесского: «Христос без молитвы и просьбы воздвигнул мертвых. Ибо владычним голосом Он сказал четверодневному Лазарю: ­Лазарь, гряди вон…»[3].

Само слово «изыди» необычное; это не глагольная форма, а наречие, способное превратиться в аналог глагола второго лица множественного числа («приидите») [4].

Евангельское повествование о воскресении Лазаря имеет два основных экзегетических поля понимания — богословское и аскетическое. С точки зрения богословия и логики библейского повествования воскресение Лазаря особенно важно в соотнесении с грядущим воскресением Спасителя. «И смотри на удивительное: не сказал: Лазарь, оживи, — но что? Лазарь, изыди вон, дабы научить присутствующих, что Он — призывающий не сущее к сущему, дабы показать присутствующим, что Он Бог живых, а не мертвых, дабы в срок явить беспрепятственность Боже­ственного приказания» [5]. «И через глас Он быстро предызобразил будущее воскресение» [6].

С точки зрения аскетики воскрешение Лазаря — это переход «от страстности к бесстрастности» [7], от греха к добродетели; по сути дела, оно будет толковаться так же, как и Пасха, «­песах», — как малое чудо, предварившее великое универсальное чудо воскресения Богочеловека и те духовно-назидательные смыслы, которые открываются в таинстве воскресения. «Через эти ясные доказательства, — пишет свт. Епифаний Кипрский в связи с Ин. 11:43, — [Бог] Слово обозначил наше призвание от мертвых дел и пробудил некогда спящих от тяжелого сна и через призвание озарил нас» [8].

В области богословия Ин. 11:43 будет использоваться не только для описания того, что произошло с Лазарем, но дабы подчеркнуть Божественную силу деяний Спасителя Христа. Характерно упоминание данного стиха у свт. Григория Богослова, для которого слова «Где положили Лазаря?» указывают на человеческую природу Спасителя, а слова «Лазарю, ­гряди вон» — на Божественную: «“Где положили Лазаря?” указывает на наше, а “Лазарь, изыди вон” и воздвижение мертвого говорят о состоянии выше нашего; и борение, распятие и погребение свойственны завесе (плоти), а дерзновение, воскресение и вознесение — сокровищу (Божества)» [9]. Свт. Григорий Богослов, обращаясь к Лазарю в риторическом пафосе, очень торжественно описывает в другом своем слове воскрешение Лазаря: «Лазарь, изыди вон. Ты услышал великий глас, будучи лежащим во гробе (ибо что величественнее гласа Слова?). И вышел не четверодневный мертвый, а многодневный, воскресши вместе с Тридневным и освободившись от гробных уз» [10]. Возможны и другие аналогичные более детальные интерпретации одних только слов Ин. 11:43, когда глас указывает на человечество Спасителя, а сила воскресения — на Божество: «Кто кричащий: Лазарю, изыди вон? Голос человекоязычный, а сила Богосильная. Кто призывающий? Не человек. Ибо образ человека, но глас Божий» [11].

Экзегеза самой формулы заслуживает особого внимания. Она предельно кратка, дабы показать всесилие Спасителя при использовании одного призыва вместо двух (воскресни и изыди). Свт. Василий Великий писал: «Воскликнул Иисус: Лазарь, изыди вон. Не сказал: восстань и тогда выйди из гроба. Ибо Я не хочу двумя приказаниями занимать мертвого, чтобы, не потеряв время в обоих, он не замедлил в пути…» [12]. Но и один призыв — излишен, он производится в целях проповеди и важен услышавшим, в то время как Лазарь мог быть воскрешен и силою воли. Согласно проповеди свт. Григория Паламы, «[Господь] возгласил голосом великим, но это ради стоящих вокруг, ибо Он мог не только умеренным гласом, но и одной только волей его воскресить» [13].

Обращение к Лазарю по имени указывает на предварительный характер воскресения, необходимость воскреснуть одному Лазарю, но не всем людям. По свт. Иоанну Златоусту: «Лазарю, изыди вон. И почему по имени призвал мертвого? Почему? Чтобы не распространить свободный глас на мертвых и не воздвигнуть всех во гробах, поэтому говорит: Лазарь, изыди вон» [14]. Слово Божие, согласно данной экзегезе, обладает уникальной исключительной силой, способной совершить любое чудо, но в срок, известный только Богу [15]. По Пс.Иоанну Златоусту, Спаситель говорит следующие слова: «Я, воздвигший одного, воскрешаю вселенную» [16].

Исхождение Лазаря из гроба — пример мгновенного послушания Богу Слову: «Лазарь, изыди вон. Услышал приказ Владыки мертвец и сразу уничтожил законы смерти…» [17]. Его гробные пелены свидетельствуют о смерти, а послушание — о всесилии Владыки («Лазарь, изыди вон. И это для большей и несомненнейшей веры собравшихся, чтобы одеяние и узы свидетельствовали о смерти, а исключительное послушание и беспрепятственный страх проповедовали о власти Владыки») [18] и бессилии тюремщика — диавола («…мертвый послушался, а тюремщик убежал…») [19]. Лазарь выходит «как раб, слушающийся господина» [20].

При воскресении Лазаря происходит восстановление единства души и тела: душа Лазаря, оказавшаяся пленницей диавола, возвращается в свой «дом» — тело [21] или в свой «чин» и «пространство»: «Лазарь, изыди вон. И вместе со Словом быстро вышел мертвец, когда члены сошлись вместе в гробу. Глаз вернулся в свой чин, то же самое место занял нос, щеки приобрели прежний вид, шея соединилась с плечами и головой…» [22]. Восстание Лазаря — это не одно чудо, а «различные чудеса», оно напоминает новое творение, при котором разрозненные элементы собираются в единое человеческое существо: «Лазарь, изыди вон. Одно слово и различные чудеса. Как только Господь провозгласил: Лазарь, изыди вон, и сразу плоть восполнилась, волосы стали возрастать, суставы соединяться, жилы наполнились чистой кровью. Ад, напрягаясь внизу, выпустил Лазаря…» [23]. Если это воскрешение выразить одной краткой формулой, то может получиться следующий смысл: «И умерший как живой стал следовать за Другом, всегда пребывая вместе с Ним» [24].

В то же самое время легкость воскрешения Лазаря словно указывает на то, что он не воск­рес, а восстал, был не «мертвецом» ада, а его «хранителем» [25]. Иначе пропадает смысл воскресения Спасителя, единственного и неповторимого основания для спасения мира. В Лазаре — «залог», во Христе — «совершенство» [26]. Лазарь воскрешается, чтобы стать «свидетелем» воскресения Бога Слова, по слову свт. Василия Селевкийского: «Лазарь, изыди вон. Выйди из гроба, отложив смерть, стань после смерти свидетелем Моего воскресения. Покажи делом твое призвание, явившись из гробницы» [27].

Воскрешение Лазаря — повод прекратить плач и начать пир [28]. Воскрешение Лазаря — это победа над адом [29]. Постепенно в византийской традиции воскрешение Лазаря приобретает все более универсальные черты и предварительно берет на себя смысл грядущего воскресения [30]. Толкование прошлого в свете настоящего бого­воплощения приобретает особое значение в связи с тем, что Лазаря воскрешает Сам Богочеловек в преддверии Своего воскресения: «И возопил гласом великим Иисус: Лазарь, ­выйди вон. Вышел, связанный пеленами. Не­ужели передвинувший горы в сердцах морей не сможет словом отвалить камень? Жало смерти сокрушивший и врата ада разбивший не сможет и узы одеяний расторгнуть?» [31].

«“Лазарь, изыди вон”. Выйди из уз и перей­ди от мрака. Выйди ко дню и оставь ночь. Спеши к жизни, призываемый Жизнью. Стань ликующим участником радости, ибо прекратилось бытие плача» [32]. Так пишет в специальном праздничном слове прп. Исихий Иерусалимский, который дальше добавляет, что все оковы и узы ада пали [33]. Но это падение уз — предварительное, расширительно понимаемое, дабы подчеркнуть силу и значение хоть и малого, но воскресения.

Воскрешение Лазаря имеет миссионерский смысл — как знамение и для собрания иудеев, и для собрания эллинов [34], то есть это ключевое событие, способное полностью изменить сознание дохристианского человечества в эпоху пришествия Христова. Данный смысл сохранится и в веках — как универсальный, способный показать душам сомневающихся силу Богочеловека Христа через двойное чудо восстания и движения Лазаря: «Человек умер и погребен и, когда провед во гробе четыре дня, попросили Христа его сестры. И Христос говорит ему: Лазарь, изыди вон. И тотчас вышел из гроба умерший и шел, будучи связан по рукам и ногам. Ибо таков был обычай погребать у иудеев. И к чуду его восстания добавилось чудо его движения. Но для чего и это? Чтобы люди, увидев, как Он воскрешал бывших мертвецов, но и четверодневного, поняли, что Он есть Владыка жизни и смерти…» [35].

Воскрешение Лазаря — это пример не только праведной жизни, но и святой смерти. Прп. Неофит Затворник обращается к Богоматери в день Ее Успения как к Той, Чья душа готова вступить в удел бессмертия по примеру святого Лазаря: «И тотчас приказывает душе как ее Творец Бог: Тебе говорю, душа пречистая, изыди!.. Мирно и искренне отделившись от святого тела, выйди!..» [36]

Воскрешение Лазаря — это величайшее из чудес Ветхого и Нового Завета.

В качестве предварительных выводов можно отметить следующее:

Эпизод воскрешения Лазаря стал одним из ключевых в евангельской истории.Основной контекст для понимания события — христологический.В описании воскресения Лазаря присутствует тонкая диалектика: с одной стороны, подчеркивается неравенство этого события воскресению Спасителя и грядущему воскрешению всех как дару, а с другой стороны, — огромная близость. Описание воскрешения Лазаря в свете описания воскресения Христова подчеркивает теснейшую внутреннюю взаимосвязь этих событий. Ин. 11:43 является ключевым стихом описания.

Духовный смысл воскресения — преодоление греховной смерти. Аскетические интерпретации воскрешения Лазаря позволяют смело интегрировать данный эпизод в аскетическую и мистическую литературу православия.

Многогранные экзегезы стиха не противоречат друг другу и самому главному общему смыслу: вере в ключевой догмат православия — воскресение Спасителя.

Таинственная форма наречия-глагола подчеркивает живой, непосредственный характер призыва Спасителя, обращавшегося к мертвому как к живому. Изучение многосмысловой лексемы, занимавшее древних грамматиков, могло бы стать интересной темой для современных филологов, занимающихся вопросами экзегезы и богословия. В любом случае именно это слово стало связующей нитью данной краткой статьи.


1 Василий Великий, свт. Гомилия о благодарении // PG. 31, 228:30-33. Здесь и далее все библиографические ссылки на святых отцов приведены по веб-ресурсу: TLG online.

2 «Лазарь, изыди вон. И вышел четверодневный. Ты прокаженных очищаешь, мертвых воздвигаешь, расслабленного укрепляешь, слепых исцеляешь, разбойников спасаешь, блудницу делаешь целомудренней, чем дева, и ей ничего не отвечаешь. Что нового? Что странного? Что удивительного?» (Иоанн Златоуст, свт. О Хананеянке [Dub.] // PG. 52, 454:30-35).

3 Варфоломей Эдесский. Обличение Агарянина. 25:13-17.

4 Формально форму δεῦρο и аналогичную форму множественного числа δεῦτε не следует переводить отдельной глагольной формой. Λάζαρε, δεῦρο ἔξω — это строгое повеление (Лазарь, наружу!). Аналогично призыв Δεῦτε προσκυνήσωμεν καὶ προσπέσωμεν τῷ βασιλεῖ ἡμῶν Θεῷ должен переводиться: «Поклонимся и припадем к Царю нашему Богу!»

В этимологическом византийском лексиконе указывается, что это наречие или глагольная форма в повелительном наклонении (Etymologicum Gudianum (ἀάλιον — ζειαί). 348:5-11). Также и в другом лексиконе указывается на то, что «наречия не принимают числа», тем самым подразумевая глагольную форму (Etymologicum magnum Kallierges. P. 259:5-10). Еще в одном этимологическом словаре указывается на глагольное происхождение наречия от глагола «бежать» θέω (Etymologicum Symeonis (Γ-Ε). 150:1-7).

5 Иоанн Златоуст, свт. На четверодневного Лазаря // PG. 50. Col. 643:40-45.

6 Там же. Col. 643:59-61.

7 Феодор Студит, прп. Великое оглашение. 116. P. 860:5-6.

8 Епифаний Кипрский, свт. Панарий (= Против ересей). Vol. 2. P. 180:14-18.

9 Григорий Богослов, свт. Богословские послания. 102, 26; 27. Ср. ту же мысль: Иоанн VI Кантакузен. Против магометанской секты апологии. IV. 3, 10:513-518.

10 Григорий Богослов, свт. На святое крещение (Слово 40) // PG. 36, 405:43-48.

11 Иоанн Златоуст, свт. На Марфу, Марию и Лазаря [Sp.] // PG. 61. Col. 706:59-62.

12 Василий Великий, свт. Гомилия на Лазаря. 11:1-4.

13 Григорий Палама, свт. Гомилии I-XX. 15, 6:6-8.

14 Иоанн Златоуст, свт. На четверодневного Лазаря (= Против Аномеев, Гомилия 9) [Sp.] // PG. 48. Col. 784. Ср. то же по смыслу:  Василий Селевкийский. Слово XLI // Col. 145:50-148:4.

15 См.: «Я ищу одного мертвого, не приходите все; еще не настал срок того мановения» (Иоанн Златоуст, свт. На Лазаря (Гомилия 1) [Sp.] // PG. 62. Col. 775:31-32).

16 См.: Иоанн Златоуст, свт. На четверодневного Лазаря (= Против Аномеев, Гомилия 9) [Sp.] // PG. 48. Col. 784:15-18, особо L. 18.

17 Там же. Col. 784:3-7.

18 Иоанн Златоуст, свт. На четверодневного Лазаря // PG. 50. Col. 643:49-54.

19 Там же. Col. 643:54-57.

20 Иоанн Златоуст, свт. На Марфу, Марию и Лазаря [Sp.] // PG. 61. Col. 706:41-46, особо L. 43.

21 См.: Иоанн Златоуст, свт. На Лазаря (Гомилия 2) [Sp.] // PG. 62. Col. 778:32-37.

22 Исихий Иерусалимский, прп. Гомилия II на святого Лазаря (Гомилия 12). 3:4-9.

23 Амфилохий Иконийский. На Лазаря (Беседа 3) // TLG on-line (текст). L. 129-133.

24 Никифор Каллист Ксанфопул. Церковная история. 1, 25:38-39.

25 Иоанн Златоуст, свт. На Лазаря (Гомилия 3) [Sp.] // PG. 62. Col. 778:54.

26 Амфилохий Иконийский. На Лазаря (Беседа 3) // TLG on-line (текст). L. 120-124.

27 Василий Селевкийский. Гомилия на Лазаря. 9:1-3.

28 См.: Дидим Слепец. Толкования на Псалмы 35-39 // Codex. P. 270:20-22.

29 См.: Ипполит Римский. На Евангелие от Иоанна и о воскресении Лазаря [Dub.] // PG. 226:16-21.

30 См.: «А каков глас? Лазарь, изыди вон. Когда он был услышан, весь народ мертвых окрылился…» (Исихий Иерусалимский, прп. Гомилия I на святого Лазаря (Гомилия 11). 2:9-13).

31 Иоанн Дамаскин, прп. Священные параллели // PG. 96. Col. 148:26-32.

32 Исихий Иерусалимский, прп. Гомилия I на святого Лазаря (Гомилия 11). 3:1-4.

33 См.: Там же. 3:5-8.

34 См.: Там же. 4:1-6.

35 Иоанн VI Кантакузен. Против магометанской секты апологии. IV. 2, 5:376-381.

36 Неофит Затворник, прп. Толкование канонов Господских праздников. 5, 35:363-371.

Пресс-служба МДА/Патриархия.ru

https://mpda.ru/